Что происходит во дворце саудитов? Мнение эксперта


Стоит ли расценивать происходящее в Эр-Рияде как тихие дворцовые перевороты? А может это просто показательные мероприятия, демонстрирующие прогрессивные антикор тенденции в Саудовоской Аравии.

— Как вы оцениваете ситуацию. которая развивается в Саудовской Аравии? Может ли такие резкие движения нового принца привести к внутренней дестабилизации Саудовской Аравии?

— Решения, принятые ново созданным антикоррупционным комитетом против видных членов политической и экономической элиты страны, укладываются в логику долгосрочной программы по подготовке к безболезненной и беспрепятственной передаче власти от короля Салмана его сыну Мухаммеду в момент, когда состояние здоровья монарха не позволит ему править страной. По всей видимости самочувствие хранителя мусульманских святынь в Мекке и Медине день ото дня становится все хуже и ненадежнее, что подталкивает сторонников наследного принца к решительным действиям и переходу от переговоров к тактике устрашения и прямого воздействия на потенциальных и явных противников и значимые фигуры, обладающие немалым авторитетом и влиянием на процессы в КСА. Условно их можно разделить на три группы: «управленцы» (государственные чиновники, как министр финансов Ибрагим аль-Ассаф), «силовики» (как руководитель министерства национальной гвардии Митеб бен Абдулла и экс-глава ВВС Турки бен Нассер), «финансисты» (включая руководителей крупных корпораций и финансовых фондов, являющихся мощнейшим инструментов внешней политики Эр-Рияда, как Бакр бен Ладен) и «руководителей медиа» (включая владельца MBC Media Валида аль-Ибрахима).

Антикоррупционная составляющая не определяет сама по себе природу претензий, стоящих за обвинениями в адрес ведущих лиц, способных если не воспрепятствовать, то по крайне мере значительным образом осложнить пришествие наследного принца к власти. Она выполняет функцию легитимизации политической чистки за пределами королевства и в глазах главной адресной группы населения, на которую крон-принц опирается в своей реформаторской риторике, — молодых технократов и предпринимателей, не являющихся выходцами из традиционной элиты страны.

Сопротивление передаче власти возможно. Решительно несогласных и не желающих мириться с амбициями Мохаммед бен Салмана немало. Если бы это было не так, то столь решительные меры по ограничению личной свободы столь значимых фигур не понадобились. Тем не менее за этими людьми стоят их семьи и многочисленные клиенты, чье благополучие напрямую связано с процветанием их патронов. Нельзя исключать и того, что последнее слов не сказано и другими представителями элиты, поэтому ситуация остается сложной. Исключать неожиданные повороты ситуации нельзя.



— Как вы считаете, к чему эти все действия приведут Саудовскую Аравию и как она будет влиять на ее внешнюю политику?

— В случае, если проект, направленный на обеспечение плавной передачи власти от отца к сыну, будет успешно завершен, то впервые за многие десятилетия народ Саудовской Аравии получит молодого и энергичного короля. Это вызов и для государства, и для общества, диктующий свои риски, но также и открывающий новые перспективы для страны, находившейся под властью геронтократов-консерваторов в течение многих десятилетий и давно созревшей для перемен. Успешно пережив «арабскую весну» 2011 г., королевство тем не менее не изжило в полной мере ни социально-экономическое неравенство, ни естественную ограниченность политической системы, ни ущербность экономической модели государства-рантье. Откровенно опасная экологическая ситуация и угрожающая обстановка на мировом рынке нефти, продолжающей оставаться главным источником доходов государства и благосостояния населения, являются теми факторами, что не позволяют более саудовской элите откладывать начало широкомасштабных и кардинальных реформ. Население страны растет, его потребности высоки, поэтому для сохранения привычного образа жизни, при нынешнем уровне расходов, необходима фундаментальная перестройка, о которой говорят давно, но перейти к которой очень и очень сложно. Принц Мохаммед олицетворяет собой начало эпохи радикальных перемен, пределов и реальных последствий которых не может на сегодняшний момент представить даже он сам.

Очевидные риски проистекают из того, что нарушение традиции престолонаследия означает расбалансировку или же полный демонтаж существовавшей до того системы сдержек и противовесов внутри сложнейшей по своей структуре и внутреннему многообразию политической системы. Внутренние противоречия, многие из которых не заметны и не очевидны сейчас, могут выйти на поверхность в период турбулентности, неизбежной в процессе модернизации социальных, экономических и политических институтов.

С 2015 г. внешняя политика Королевства формировалась при активном участии принца Мухаммеда бен Салмана и была подчинена во многом целям укрепления его реальной власти внутри королевства, авторитета в арабском мире, накопления опыта управления. В этой связи, в случае успешного восшествия принца на престол его отца, в среднесрочной перспективе серьезных изменений внешняя политика государства не претерпит.



О ситуации на Ближнем Востоке и в Саудовской Аравии, рассказал Yenicag.Ru российский эксперт по Ближнему Востоку Григорий Лукьянов.

Реклама

оставьте комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s